Сияющий Анвар, или невероятная биография, достойная отдельной книги

Знакомством и дружбой с такими людьми нельзя не гордиться. Еще в 1966 году знаменитый Вольф Мессинг, будучи на гастролях в Грузии, указав рукой на 11-летнего Анвара, сказал: «Запомните его. Это сияющий мальчик». Анваром его назвал отец, и в переводе с арабского его имя действительно означает «сияющий», «огненный».

27.03.2013 в 09:00, просмотров: 2533

Предчувствие Мессинга сбылось: за плечами Анвара Исмагилова — необыкновенная жизнь, полная необычайных событий, творчес­ких взлетов, знаменательных встреч. 

Сияющий Анвар, или невероятная биография, достойная отдельной книги

— Я родился и вырос в гарнизоне Джебел, недалеко от тех мест, где Данелия годы спустя снимал свой знаменитый фильм «Кин-дза-дза»,— рассказывает Исмагилов. — Вокруг была пустыня, к востоку — граница с Ираном. Естественно, в гарнизоне стояли отборные силы ВВС, ПВО. Дядька мой — десантник — служил там инструктором.  Отец — профессиональный военный, начал службу еще в 1944 году. Ростом был меньше винтовки Мосина. И, чтобы он зря не погиб, его отправили учиться языкам и авиационному делу. 

Сын офицера, от отца Анвар перенял не только жесткий характер и неприятие любой несправедливости, но и способности к языкам. Однажды, начав припоминать известные ему языки, он сбился на первом десятке: говорит то ли на трех, то ли на четырех, читает на шести.... Среди них языки многонациональной родной Абхазии, многие славянские — польский, чешский, украинский, болгарский; английский и любимый французский, и даже... арабский!

— А потом из пустыни мы переехали сразу же на море, — продолжает Анвар. — Я и не знал тогда, что бывает так много воды. Когда мне отец сказал, что такое море, я не поверил. И вот мы приехали на военную базу в Гудауту, в Абхазию. Там я и познакомился с морем, кораблями...

С тех пор море навсегда вошло в его жизнь. Во время срочной службы  в Киевской бригаде ЗРВ рядовой Исмагилов подал рапорт на поступление в Киевское высшее военно-морское политическое училище (штурман надводных кораблей — политработник), а через несколько лет волей судьбы оказался в дивизионе малых противолодочных кораблей на Крымской военно-морской базе Донузлав. Об этом времени он написал одноименную повесть. В ней есть все — трудные будни военных моряков, романтика морской жизни и ее непростые реалии.

После службы он стал пусконаладчиком и студентом филологического факультета Ростовского университета, потом трудился разъездным корреспондентом газеты «Речник Дона». Уже тогда писал и пел свои песни и был настолько знаменит, что мог приехать в любой областной город Советского Союза, найти там КСП — клуб самодеятельной песни, сказать: «Я — Анвар Исмагилов», и ему тут же давали приют, пищу и зал для выступления. А его тельняшка на многие годы стала своеобразным «опознавательным знаком» на многочисленных слетах авторской песни 1980-1990-х годов.

В начале 1980-х годов Анвар примкнул к неформальному ростовскому поэтическому объединению «Заозерная школа». Поэты, художники и просто нестандартно мыслящие люди избрали местом своего обитания историко-археологический заповедник «Танаис» рядом с хутором Недвиговка под Ростовом. По чертежам, утвержденным отделом античного мира Пушкинского музея, они восстановили на территории заповедника древнегреческую сторожевую башню. Анвар Исмагилов сам ездил за чертежами в Москву, он же достраивал сооружение вместе с директором «Танаиса» В.Ф. Чесноком и дал возрожденному древнему форпосту имя «Башня поэтов». Именно под этим названием его можно увидеть, например, на сайте «Достопримечательности мира».

— Этим периодом своей жизни я по-настоящему горжусь,— признается Анвар. — Я просто ушел туда от цивилизации, как и мои друзья — Геннадий Жуков, Виталий Калашников, Игорь Бондаревский, Саша Брунько. И мы жили так же, как вольные поэты всех времен и народов: писали стихи, сочиняли песни, посвящали их любимым женщинам… Конечно, нас почти не печатали. Мы были всегда (кроме дней посещений друзей и поклонниц) голодны, и … невиданно счастливы! С моим другом Александром Брунько мы жили в башне, а по утрам я тренировался по старой привычке на тыльной стороне стены: залезал на пальцах снизу до зубцов...

Из-за эпитафии Брежневу (песня больше известна как «Колесо», по первой ее строке: «Вот опять колесо повернулось, не жить нам по-прежнему...») в середине 1980-х годов Анвар Исмагилов отправился в полуторагодичную ссылку на Сахалин.

— Это я еще легко отделался,— говорит он. — Многие оказывались в тюрьме и за меньшие прегрешения. Как поэт Саша Брунько, который год отсидел в камере по формальному поводу за «нарушение паспортного режима». Я вернулся, когда началась перестройка. Надеялся, что вот сейчас-то нас начнут печатать, издавать, жизнь наладится... Увы и ах! Я жду этого до сих пор…

Но жизнь продолжалась, и Анвар признается, что когда он вспоминает прошлое, ему и самому иногда не верится, что это случилось именно с ним. Среди невероятных его творческих командировок — две поездки в воюющие Чечню и Дагестан, без охраны и сопровождения. За эти командировки Анвар Исмагилов был награжден медалью «За воинскую доблесть», по собранным материалам написана книга «Вооружен одной гитарой». Вы не найдете в ней ужасов войны, она о том, как в самых тяжелых обстоятельствах люди продолжают жить, любить и оставаться людьми, о том, как в минуты затишья поют по ночам соловьи...

В 2004 году вышла еще одна книга писателя и журналиста А. Исмагилова — «Непрерывная птица», жанр которой автор определяет как «Рассказки и были». Кстати, Анвар не только непревзойденный рассказчик, но и кладезь самых разнообразных знаний, за что друзья называют его «ходячей энциклопедией».

— Скажи,— спрашивает меня Анвар,— в «Слове о полку Игореве» кто там, чем и куда растекается?..

— Боян мыслию по древу.

— А как ты себе это  представляешь? Во-первых, там говорится (в списках, оригинал утрачен) «растекашется мыслию по древу, серым вълком по земли, шизым орлом под облакы». Мысль — это же не кефир, чтобы растекаться! На самом деле автор предупреждает: «Я не буду торопиться и растекаться, то есть бегать, мысию по древу». Мысию! Мысь — это обычная лесная белка, которая быстро бегает по дереву.

Такая вот филологическая загадка. Многие ли могут правильно ответить на нее?

— Писатель должен быть точным,— утверждает Анвар. — В описании деталей и исторических обстоятельств не должно быть никакой приблизительности! Иногда ради одного абзаца приходится просматривать не один десяток справочников.

Античная баллада

Сегодня Анвар Исмагилов по-прежнему в строю, он выпускает диски со своими невероятно пронзительными песнями-балладами, продолжает писать прозу и стихи, выступает с концертами. Например, в прошлом году он побывал в Израиле на фестивале АП «Сахновка-2012».

— Главные события 2012 года — это выход новой книги «Башня поэтов-ХХI». В нее вошли стихи 1980-1990-х годов, новые стихи, избранные песни и фантастико-мистическая повесть «Тюмень» — повесть-загадка. Основой для диска «Античная баллада», вошедшего неотъемлемой частью в книгу (он вклеен обложкой в нее), стала запись, которую я делал в Тюмени более 20 лет назад, буквально «на коленке», когда друзья на два часа предоставили мне зал и аппаратуру. В него вошли и несколько треков с известного поклонникам авторской песни концерта «Заозерной школы» в г. Владимире в 1988 году.

Одна из главных лирических песен Анвара Исмагилова, поэта и музыканта, писателя и бывшего военного моряка, называется «Смятение». Смятение волн любимого грозного моря и летящей над волнами души, непрерывный поход сквозь время и пространство от Овидия до Борхеса, до современных ему друзей-поэтов, от Меотиды до стреляющих гор Чечни и Дагестана, любовь к женщине-подруге, спутнице, матери, предмету рыцарского поклонения — таковы родовые приметы стихов, песен и прозы — малых фрагментов многолетней поэтической и военной биографии нашего земляка. Попытка описать и осмыслить события не только личной жизни, но и грандиозных потрясений конца ХХ и начала ХХI веков.

В ближайших планах писателя — издание книги прозы; выпуск диска, на котором знакомые песни записаны в сопровождении камерного оркестра. Продолжается и работа с архивными аудиозаписями — этих песен никто не слышал много десятков лет, и теперь они зазвучат снова.

А еще в 2012 году Анвар завоевал Гран-при второго тура Международного поэтического конкурса «Золотая строфа». Конкурс проходил в два независимых этапа, в состязаниях приняли участие несколько тысяч авторов со всего мира. И первое место по общим итогам второго тура 2012 года жюри присудило бывшему военному моряку, поэту, барду, писателю и журналисту из Тюмени Анвару Исмагилову. Приз будет вручен в Тюмени, на юбилее писательской организации.