Михаил Мельцер: «Добрые дела должны поощряться!»

2017 год для социально ориентированных НКО выдался достаточно интересным и насыщенным

29 ноября 2017 в 09:00, просмотров: 2264

Развитие общественного сектора — это не просто энтузиазм и добровольчество. Это еще и вопрос занятости населения в условиях постепенного умирания ряда профессий, связанного с автоматизацией производства. О том, каким быть общественному сектору, корреспонденту «МК» в Тюмени» рассказал председатель совета ТРОД «Альянс социально ориентированных НКО», член Совета Общественной палаты Тюменской области Михаил Мельцер.

Михаил Мельцер: «Добрые дела должны поощряться!»
Михаил Мельцер, председатель совета ТРОД «Альянс социально ориентированных НКО». Фото предоставлено ТРОД «Альянс СОНКО».

По его словам, с начала 2016 года из бюджета Тюменской области по итогам конкурсов НКО получили более 20 млн рублей. В 2018 году эта сумма превысит 60 млн рублей.

— На федеральном уровне хорошим стимулом для развития НКО стало резкое, почти двукратное увеличение суммы президентских грантов, — отметил Михаил Мельцер.. — При этом был значительно упрощен доступ социально ориентированных некоммерческих организаций (СОНКО) к получению этих средств. Во-первых, документы теперь можно подать в электронном виде. Во-вторых, не нужно готовить отчетность, брать справки об отсутствии каких-либо задолженностей. Таким образом, число СОНКО, получивших поддержку, в этом году значительно выросло. Многие организации получили на реализацию своих проектов до 500 тысяч рублей.

До этого многие НКО были разочарованы, они полагали, что президентские гранты получить невозможно. Буквально на днях опубликованы результаты второй волны грантовых конкурсов. От Тюменской области было подано более 100 проектов. И общая сумма выигранных грантов составила десятки миллионов рублей. Поддержку получили такие проекты, как создание ресурсных центров по поддержке НКО, диспетчерская служба онлайн-сурдоперевода, программа развития добрососедства и поддержки инициатив местных сообществ «Фестиваль соседей», конкурс красоты среди девушек с ограниченными возможностями здоровья «Мисс Оптимистка» и другие.

На федеральном уровне стараются поддержать самые разные НКО. И это отразилось на активности самих организаций. В реестре СОНКО, составленном департаментом социального развития Тюменской области, таких организаций уже более 500. И, что самое приятное, эта цифра все время увеличивается. Многие команды, которые существовали без юридического лица, сейчас приступают к его оформлению. А мы им помогаем — и в рамках альянса, и в рамках работы Общественной палаты Тюменской области. К 2020 году СОНКО будут получать десять процентов средств областного бюджета, выделяемых на предоставление социальных услуг населению. Эти услуги должны быть исполнены НКО. Если они справятся, процесс потихоньку пойдет дальше, чтобы не получилось так, как это произошло с системой ЖКХ в середине 2000-х, — государство оттуда резко ушло, и до сих пор эту отрасль критикуют со всех сторон.

— Что необходимо сделать, чтобы СОНКО справились с этой задачей?

— Расширить сеть ресурсных центров. Все знают, что такое бизнес-инкубатор. Начинающий бизнесмен туда приходит, и ему там помогают встать на ноги, дают офис с оргтехникой, оказывают юридическую, бухгалтерскую помощь, консультируют по широкому ряду вопросов. Ресурсный центр НКО — это, по сути, тот же инкубатор, только по развитию организаций, работающих в общественной сфере. Это те же консультационные услуги, юридические и прочие. А дальше идут обучение, помощь в создании сайтов, полиграфические услуги, предоставление помещений и даже финансирование небольших мероприятий.

Такие центры чаще всего создаются по инициативе снизу, уполномоченный орган — департамент соцразвития — их фиксирует, а затем выделяет им субсидии. В настоящее время методическую, юридическую и консультационную помощь СОНКО оказывают специалисты шести областных ресурсных центров. Ряд организаций с деятельностью НКО связаны опосредованно, например, Центр социальной помощи семье и детям «Семья» или Центр инноваций в социальной сфере. Но польза их несомненна. Благодаря их поддержке число СОНКО в регионе значительно увеличилось.

Законный интерес

— Михаил, какая проблематика в развитии СОНКО сейчас наиболее актуальна?

— В 2017 году мы все стали более скрупулезно разбираться, что такое «исполнители общественно полезных услуг», что такое «поставщики социальных услуг» и чего от нас, собственно, ждет государство. На наш взгляд, поставщик или исполнитель общественно полезных услуг должен получать за это вознаграждение. Добрые дела должны поощряться. Если мы хотим, чтобы люди делали хорошие дела, их нужно к этому мотивировать. При этом в сознании депутатов и других представителей власти есть ощущение, что НКО — это структура, в которой нет и не должно быть денег. На самом деле, это неправильная позиция. Коммерческая структура отличается от некоммерческой только тем, куда идет прибыль. Некоммерческая организация направляет ее на реализацию уставных целей и социально значимые проекты. А коммерческая — распределяет между учредителями. Сотрудники НКО должны получать зарплату, платить налоги, владеть имуществом — все, как в обычной организации. Увы, пока у людей нет этого понимания. Если практика оплаты труда распространится на НКО и представление об НКО поменяется, это будет правильно.

Ряд прочих проблемных моментов обсуждался недавно на заседании круглого стола в Тюменской областной Думе. Дело в том, что в начале 2016 года был принят региональный закон о поддержке социально ориентированных НКО. Он опирался на аналогичный федеральный закон. Но когда мы анализировали законопроект в Общественной палате Тюменской области в конце 2015 года, то уже тогда подготовили заключение о том, что он «сырой». Всего три страницы печатного текста! Тогда как в других регионах он значительно полнее и шире.

Федеральный закон закрепляет за СОНКО целый спектр мер поддержки, которую им должны оказывать органы власти. Федеральная власть хочет, чтобы СОНКО стали полноценными хозяйствующими субъектами и могли оказывать населению социальные и общественно полезные услуги. В том виде, в котором СОНКО находились, это было невозможно. Ведь одно дело — команда активных граждан, а другое — государственный орган, владеющий имуществом, инфраструктурой, обладающий опытом работы. И новый закон как раз призван поднять уровень НКО, чтобы они могли конкурировать с государством и оказывать услуги того же качества и выше. Речь идет о предоставлении НКО имущества, как недвижимого, так и движимого. О налоговых льготах, в частности, об отмене налога на прибыль. Для НКО это важно. Допустим, вот мы получили вознаграждение, что-то заработали, но для нас это не прибыль — мы направили эти средства на уставные цели. Почему тогда должны платить налог на прибыль?

Дальше. В федеральном законе закреплено 18 наименований видов деятельности СОНКО. Не все организации могут иметь этот статус. Например, общество любителей пива — это тоже НКО. Но не социально ориентированная. А вот экологические, правозащитные и прочие организации социально ориентированы. Федеральный закон при этом говорит, что в каждом конкретном субъекте можно расширять и дополнять перечень видов деятельности СОНКО. И многие субъекты РФ это делают, включают туда очень полезные направления. В Тюменской области, например, защиту отцовства и детства. А вот ТОСы в закон не вошли, как и поисковая, антикоррупционная деятельность, защита животных, СМИ и издательская деятельность, работа с молодежью, профилактика наркомании. По нашему закону все эти виды деятельности не являются социально ориентированными и не могут претендовать на какие-либо меры поддержки.

В федеральном законе введено не только понятие социально ориентированных НКО, но и понятие исполнителя общественно полезных услуг. И с точки зрения государства это логическое завершение процесса превращения обычного объединения людей в структуры, которые могли бы реализовывать социальную политику. Сначала группа людей становится НКО, потом она определяется с направлением деятельности, становится социально ориентированной. Затем обрастает инфраструктурой, чтобы стать исполнителем общественно полезных услуг.

Увы, пока в нашем региональном законе вообще нет такого понятия. А вот в законе Ханты-Мансийского автономного округа — Югры уже есть.

Большая проблема с муниципалитетами. Там совсем не понимают, зачем все эти НКО и что с ними делать. Поэтому во многих регионах есть законы, стимулирующие муниципальные образования к тому, чтобы они поддерживали СОНКО. У нас пока муниципалитеты никак не поощряются.

Следующий момент. В федеральном законе о госзакупках СОНКО имеют целый ряд льгот по участию в тендерах. Даже предусмотрена квота: не менее 15 процентов от объема всех закупок должно приходиться на СОНКО и субъекты малого и среднего предпринимательства. Если предприниматели про это еще хоть что-то знают, то СОНКО вообще далеки от этого процесса — им никто об этом не рассказывал и не посвящал в законодательные нормы. Просто потому, что число ресурсных центров у нас пока невелико. И все они находятся в Тюмени. Соответственно, НКО за пределами Тюмени не получают должной ресурсной поддержки.

В дополнение к сказанному мы видим, что для СОНКО крайне необходим коворкинг. Место, где активисты НКО могут работать. И отсюда мы выходим на проблему предоставления СОНКО имущества. В федеральном законе эта норма прописана, а в региональном — формулировка размыта. Неясно, что это за имущество и как оно должно предоставляться. А раз ясности нет, то региональные чиновники и не могут исполнить эту норму.

На уровне администрации города Тюмени понимание важности общественного сектора есть. Мы с городским департаментом экономики и стратегического развития плотно работаем и дружим. Муниципалитет передает СОНКО помещения. Однако, исходя из своего понимания того, что такое НКО, прописывает в договорах о безвозмездном пользовании помещениями норму, запрещающую деятельность, приносящую СОНКО доход. Даже платный ксерокс нельзя поставить. Более того, ежегодно требует бухгалтерский отчет о том, что СОНКО не получали никакого дохода, кроме грантов. А это противоречит принципам федерального законодательства, направленного на то, чтобы НКО становились хозяйствующими субъектами, оказывали услуги и получали доходы. НКО вынуждены отказываться от помещений и пытаться работать на коммерческой аренде, если хотят оказывать услуги. Но на коммерческой аренде в данное время НКО работать не могут. У них нет для этого средств. Круг замкнулся. И если в областном центре с помещениями еще можно что-то порешать, то в муниципальных образованиях ситуация еще хуже.

Общественники с госполномочиями

— Михаил, к чему в итоге пришли участники круглого стола?

— Мы сошлись в том, что проблемы накопились в связи с изменениями в законах. И предложили достаточно простые механизмы по совершенствованию законодательных норм. Чтобы привести федеральный и региональный законы в соответствие друг с другом, в наш региональный закон следует, во-первых, включить раздел по поводу исполнителей общественно полезных услуг. Это очевидно, раз эта норма есть в федеральном законе. НКО при этом должны понимать, зачем им становиться исполнителями и входить в федеральный реестр.

Во-вторых, важно расширить список видов деятельности социально ориентированных НКО, который бы увеличил возможность доступа НКО к бюджетной поддержке. К СОНКО можно отнести ТОСы, профилактику наркомании, развитие социально-экономических инициатив и социального предпринимательства, антикоррупционную деятельность, поисковую работу, инициативы в сфере ЖКХ, экологию и защиту животных. Это не потребует дополнительных бюджетных расходов. Просто эти организации смогут затем стать исполнителями и поставщиками общественно значимых услуг.

Третье предложение. Необходимо расширить перечень форм поддержки социально ориентированных НКО. Речь идет о налоговых льготах как для самих СОНКО, так и для коммерческих организаций, оказывающих СОНКО поддержку. Во многих субъектах РФ такие льготы прописаны. Мы сейчас работаем с бизнесменами, пытаясь встроить их в различные соцпроекты. Но это сложно. Бизнесмена интересует, а получит ли он что-то еще, кроме грамоты, и ответить ему нечего. Благотворителем он может быть лишь тогда, когда он заплатил налог на прибыль. Во многих субъектах РФ суммы, которые идут на благотворительность, освобождаются от налога на прибыль. И это справедливо. Когда-то эта льгота существовала, но в 1990-е ее почему-то отменили. Так же важны послабления для молодых НКО, только-только вступающих на общественную стезю.

Четвертое. Еще весной депутатская группа во главе с Глебом Трубиным внесла законопроект, обязывающий СМИ, функционирующие с государственным участием, давать определенный контент, посвященный СОНКО. Это неплохо. Хотя понятно, что если есть хороший информационный повод, то его и так все СМИ возьмут. Тут главная проблема в том, что СОНКО не умеют о себе рассказывать. Поэтому необходим отдельный ресурсный центр — пресс-центр НКО, чтобы он мог грамотно подать информацию в СМИ.

Пятое. Нужны четкая регламентация вопросов передачи СОНКО движимого и недвижимого имущества и ясность, из каких фондов, на каких условиях и кто может их передавать. Мы выступаем за более четкую модальность формулировок: не «могут» или «вправе», а «обязаны предоставить» или «должны».

И шестое. Рейтинги всех субъектов РФ зависят в том числе от того, как развиты социально ориентированные НКО на их территориях, какие услуги они оказывают, как эти услуги оценивают потребители. Аналогичные параметры необходимо ввести и для муниципалитетов и прописать их в законе. Ведь там привыкли к ЦУ. Если ЦУ есть, будут что-то делать. А если нет, то и развития не будет.

И все эти предложения мы озвучили на прошедшем круглом столе.

Повторюсь, что затраты на эти нормы в законе не потребуются. Имущество уже есть, помещения есть, они в таком состоянии, что кроме СОНКО их больше никто не возьмет. Но мы к этому готовы.

Отмечу, что позиция депутатов облдумы мне понравилась. Их присутствовало десять или двенадцать, что говорит об интересе парламентариев к поднятым проблемам. Понравилась позиция депутата Виктора Рейна, который заявил о пролонгации подготовки резолюции круглого стола, и представители СОНКО имеют возможность до 5 декабря сделать дополнительные предложения в региональный закон.

В целом позиция депутатов совпадает с нашей, за исключением дефиниции понятия НКО. Для большинства людей НКО — это по-прежнему группа активистов, которая на энтузиазме делает нечто социально значимое. А нынешние реалии заключаются в том, что это должна быть устойчивая организация с инфраструктурой, качественно выполняющая те или иные социальные функции.




Партнеры