Над «Гнездом» дымок курится…

Под Тюменью появилось место для изысканного отдыха, обучающих мероприятий, неспешных бесед и встреч с интересными людьми

9 марта 2017 в 09:00, просмотров: 1434

Если людям скучно жить, они ищут чего-то необычного. И приезжают туда, где в сосновом лесу у излучины реки Пышмы вьют «ГНЕЗДО» — природно-реабилитационный комплекс. «Заезжий дом» в стиле кантри, «Трактиръ» с библиотекой в стиле фьюжн, «Банька» на дровах с домом на сваях, домики  на  деревьях, «Мес­то силы», площадка для активных видов спорта…

Над «Гнездом» дымок курится…
Фото автора.

Каково же было мое удивление, когда в этом благостном уголке природы меня встретил выдающийся ученый-криолог с мировым именем, основоположник криософии, академик РАН Владимир Павлович Мельников.

— Мы познакомились с этим местом, когда весенние воды Пышмы превратили его в полуостров. Так здесь бывает каждую весну. Несмотря на красивейший ландшафт, участок был сильно запущен. Но нам с супругой тут понравилось, мы взялись за дело, очистили территорию и провели благоустройство. Алена, как член Союза архитекторов и дизайнер, разработала концепцию природно-реабилитационного комплекса. Закипела работа: некоторые старые строения были снесены, некоторые реконструированы, появляются новые объекты, работа над которыми в полном разгаре, — рассказал ученый.

Уже летом на базе начнется строительство гостевых домиков из ДиатомИКа — нового стройматериала, созданного на основе осадочных пород — диатомита. Чуть поодаль появится огромный арт-объект из металла — «Башня». Круг­лый год гамаки, мангальные зоны, на берегу реки Пышмы — прокат лодок.

По словам Алены Мель­ни­ковой, это такой эклектичный мир, много­функци­ональная площадка, где люди смогут отдохнуть после напряженного труда, восстановить силы, переключиться на новые виды деятельности, познакомиться с интересными собеседниками...

— Во многом хочется смешать разные стили и направления. А в итоге обустроить уютное место, максимально приближенное к естественным условиям. Ориентир на то, чтобы люди могли пообщаться с живой природой и друг другом в самых разных форматах. Посидеть на шкурах, поколоть дрова, наловить рыбы, побывать на каком-то интересном семинаре или тренинге, поиграть в мяч. Мы тут и дизайнерскую мебель можем делать, и сувениры, и угощения, печь хлеб, варить сыры. В планах — завести лошадей, коз, корову...

— К большому наплыву посетителей база пока еще не готова, — отметила хозяйка, — идут строительные работы, но гости уже приезжают — подышать свежим воздухом, полюбоваться красивым лесом, расслабиться, попариться в баньке, поваляться в снегу, порыбачить. И, в общем-то, все получается, судя по отзывам.

— Алена, а как появилось название «ГНЕЗДО»?

— Над названием мы думали долго. Хотелось чего-то звонкого, русского. Поначалу Владимир Павлович предложил назвать нашу затею «Лирическое гнездо». И тут нас осенило: нет, просто «ГНЕЗДО»! С прибавкой — природно-реабилитационный комплекс.

С далеким прицелом

Первых гостей в своем «ГНЕЗДЕ» Мельниковы приняли в октябре 2016 года.

— Мы приглашаем сюда школьников, чтобы они с детства увлеклись идеей изу­чения окружающего мира. Я сам с шести лет вместе со своим отцом топтал якутскую тайгу, ходил на охоту и рыбалку. Именно так во мне зародился интерес к изучению природы. Дети приезжали целыми классами вместе с педагогами, и тут творилось такое! Они купались в этих сугробах, прыгали, бегали, играли в снежки, наряжали целую армию гнездоснеговиков, катались с горок, — рассказал Владимир Павлович.

Напомним, что ученого знают и уважают как автора концепции криогенных ресурсов. Раньше к холоду, льду, снегу, мерзлоте относились как к чему-то отрицательному, с чем необходимо бороться. И об этом не просто говорили. Об этом было написано в самой первой книге по мерзлотоведению в 1927 году. Будто с мерзлотой нужно бороться всеми силами вплоть до ее полного уничтожения.

— Владимир Павлович, а в каких направлениях можно использовать криогенные ресурсы?

— В самых разных! Отдых и оздоровление! Спорт! Рыбалка! Зимние забавы! Более того, это экономический ресурс. Недавно я побывал в Богандинке, посмотрел производство компании «Тюменский деликатес». Руководитель предприятия рассказал, как увидел в Испании подземные помещения, где хранятся сотни тонн мясной продукции, не в холодильниках, а в естественных условиях при температурах около плюс 10° С. И это огромная экономия и снижение себестоимости продукции. А уж наши территории, 65% которых с многолетнемерзлыми породами и температурой от 0° С до -10° С — это же природные холодильники!

Это климатический ресурс, который сберегает и поддерживает для нас комфортную температуру на Земле. Почему больше нигде нет жизни, кроме нашей планеты? Именно потому, что здесь созданы уникальные условия. Льды — это регулятор температуры. Где-то она резко меняется с разницей в сотни градусов. А на Земле поддерживается мягкий температурный режим. Этот факт до сих пор недооценивается. Мне пришлось бороться со многими моими коллегами, говорившими: «Какая криосфера? Где она? Изучай мерзлоту!». А я понимал, что так мы никогда не приблизимся к глубине понимания влияния холода на эволюцию планеты и развитие Вселенной. 

В 1984 году Владимир Павлович Мельников начал с нуля создавать первый в Тюмени академический Институт проблем освоения Севера. В 1986 году постановлением ЦК и Совмина СССР это учреждение было внесено в указ о развитии Тюменской области. Штат института рос в среднем по 100 научных сотрудников в год. В 1991 году был создан Институт криосферы Земли Сибирского отделения РАН. С первых дней создания Института в нем работали и биологи, и геологи, и физики, и химики. В последние годы мультидисциплинарный подход широко пропагандируется. А в Институте проб­лем освоения Севера, а затем в Институте крио­сферы его начали применять еще в 80-е годы прошлого века. Учеными подготовлено множество работ и по астрономическому направлению, и по биологическому. Все слышали о найденных в мерзлоте бактериях, которым около двух миллионов лет. Это загадка природы, влияющая на процессы омоложения живых организмов, в частности, подопытных мышей. Эксперименты с этими бактериями сейчас ведутся во всем мире, в том числе в России, Японии, Швеции, Канаде.

В 2012 году в Салехарде состоялся международный конгресс мерзлотоведов с участием 33 стран мира. И это был новый толчок к изу­чению криосферы Земли, объединивший усилия ученых самых разных направлений. Специалисты-криологи все более востребованы в условиях Крайнего Севера, при освоении арктических просторов. В недрах Северного Ледовитого океана, как и на всей остальной Земле, идут изменения в мантии. Возникают новые потоки, меняется температурный и ледовый режимы. Вулканы, подъемы и опускания, появление новых хребтов. И все больше ученых в мире вовлекаются в осмысление криогенных процессов и их роли в миросозидании.

Добавим, что криосфера — это не только Арктика и Антарктида. Масштабы ее гораздо шире. Это пять километров ниже поверхности планеты и 95 километров выше поверхности Земли. На глубине в 5 км существует лед, температура которого достигает плюс пяти градусов. Это так называемые газовые гидраты, и это огромный энергетический ресурс. Академик уверен: когда люди исчерпают возможности добычи нефти и газа, им на смену придут газовые гидраты, запасы которых превышают объемы газовых месторождений на Земле почти в два раза.

С подачи Владимира Мельникова начал выходить первый в истории мерзлотоведения научный журнал «Криосфера Земли». В прошлом году там появился новый раздел — криософия. В Тюменском государственном университете была открыта академическая кафедра криософии. Решением ученого совета ТюмГУ она реорганизуется в Международный институт криологии и криософии. И это первый в мире институт с таким направлением.

— Термин «криософия» пришел мне в голову еще в 2010 году,— отметил собеседник. — Когда-то Иммануил Кант размышлял о науке и философии, и о том, кто кому служит. Известно выражение Канта о том, что если «наука — госпожа, то философия может нести шлейф этой госпоже, либо быть факелом, освещающим дорогу вперед!». Так вот, криософия для криологии — это тот факел, который позволяет значительно шире подходить к миру холода. Ведь научное знание — это всегда результат эксперимента, общепринятая теория, и ни шагу в сторону. А у философии нет границ. Именно она, используя знания из самых разных научных направлений, может создавать всевозможные образы, для которых пока нет теоретического и экспериментального аппарата. И это помогает выбрать из имеющейся фундаментальной базы знаний и новых философских представлений предметы для новых исследований, реализовать междисциплинарный подход при изучении того или иного объекта, в том числе гуманитарный. Развитие науки идет с развитием новых представлений. А они требуют новых идей, терминов, понятий. Поэтому помимо криософии я ввел ряд других понятий и терминов, например, криоразнообразие, криотрассология и другие. Они помогают уточнить геологическую историю нашей планеты на основе изучения следов от разномасштабных криогенных явлений, делать более правильные выводы относительно тех или иных процессов в прошлом и прогнозы будущего. 

Сейчас на академической кафедре криософии ТюмГУ трудятся восемь иностранцев из шести стран — Норвегии, Мексики, Швеции, Финляндии, Израиля, США. Причем один из них — представитель Финляндии Марку Кулмула — это ученый номер один в науках о Земле по цитируемости и индексу Хирша*.

— Мы вместе разрабатываем учебные программы, помогаем друг другу войти со своими представлениями в мировое научное сообщество. За этот короткий период нам удалось стать участниками крупной мировой программы «Паневразийский эксперимент», — рассказал Владимир Мельников.

В Надыме начали создавать научно-учебный центр по этой программе (PEEX). Двадцать лет назад аналогичный центр был создан в Финляндии. Там реализованы новые подходы, используется новый инструментарий в изучении окружающей среды. На научной станции Хьютола в 300 км от Хельсинки при помощи новейшего оборудования отслеживаются 1200 параметров в радиусе 1000 километров.

Наука — двигатель прогресса

Так в ходе общения с коллегами родилась идея использовать природно-реабилитационный комплекс «ГНЕЗДО» и как научную базу. Проект получил одобрение большого научного совета ТюмГУ. Академику Мельникову было предложено создать площадку для исследований и проведения практических занятий с участием российских и зарубежных студентов, аспирантов и магистрантов.

По словам Владимира Павловича, международный опыт лучших университетов мира заключается в том, что будущие нобелевские лауреаты всегда имели условия для исследований и общения на суперсовременной базе. Рабочий режим: с утра до вечера с перерывом на ланч. Это особенность труда ученого: полное погружение в тему, интенсивный мыслительный процесс, возможность отвлечься от повсе­дневных будничных дел.

Совместный ланч с коллегами — это еще один прием для высвобождения энергии познания. Люди делятся друг с другом своими результатами, идеями, проблемами. Так образуются исследовательские группы, участники которых начинают вместе идти к общей цели. Приглашенные преподаватели с мировыми именами читают лекции для исследователей. Начинающий ученый пять лет интенсивно работает в таких условиях, а затем выходит оттуда с большими научными результатами прикладного либо фундаментального значения.

— И сейчас я изучаю вопрос вместе со своими иностранными коллегами, как эту площадку обустроить, чтобы приглашать сюда начинающих ученых. Здесь самая естественная среда для научной работы. Думаю, уже этой осенью или на следующий год мы распахнем для них наши двери. А в остальное время в качестве гостей будем ждать в «ГНЕЗДЕ»

своих многочисленных друзей, школьников, всех, кому нравится хорошо провести время на природе в приятной компании и зарядиться энергией, — поделился ученый.

Алена Мельникова, естественно, поддерживает своего знаменитого мужа. Побывав однажды на станции Хьютола в Финляндии, она была потрясена. Там огромное количество оборудования и различных датчиков, которыми усыпано все вокруг. Территория станции не очень большая, но концентрация научной атрибутики поражает воображение. Причем в исследованиях участвуют и биологи, и геологи, и физики, и химики, и климатологи...

— На мой взгляд, сам факт проведения научных исследований на нашей базе — это пропаганда науки, стимуляция научной деятельности, воспитание будущих исследователей. Ведь у них будет возможность познакомиться с интересным оборудованием, пообщаться с известными учеными, — отметила хозяйка. — Многие дети смотрят телевизор и полагают, что танцы, песни, развлечения — это предел мечтаний. Мало говорят, как важны наука и научный поиск, насколько интересно познавать окружающий мир и делать открытия. Мы в «ГНЕЗДЕ» сможем об этом рассказать.

P.S. После воскресной поездки в «ГНЕЗДО» у меня остались самые приятные впечатления. Полагаю, что научные и творческие идеи хозяев стоят того, чтобы быть воплощенными в жизнь.

* Индекс Хирша (h-index, критерий Хирша) — наукометрический показатель, предложенный в 2005 г. американским физиком Хорхе Хиршем (университет Сан-Диего, Калифорния) в качестве альтернативы классическому «индексу цитируемости», представляющему собой суммарное число ссылок на работы ученого. Критерий основан на учете числа публикаций исследователя и числа цитирований этих публикаций.




Партнеры